Живые страницы войны

Савельева Ольга Ниловна

Детские воспоминания очень избирательны, в памяти хранится то, что прожгло сердце, занозой засело в голове. Для меня это - постоянное чувство голода. Причём ярко перед глазами стоит одна сцена. Свой дом, большая печь и мы, маленькие дети, сидим на печи и тянем голосенку: «Хлеба!Есть хотим!», и не могли понять: «Почему плакала мама?» А ей, бедненькой, ой как было тяжело. Ни одного не бросила, а всех старалась хоть чем-то покормить, утешить. Мама работала день и ночь, помогали ей две дочери 12 и 13 лет, которые работали на уборке картофеля допоздна. Им давали гнилой картофель, из которого мама пекла лепёшки. Они казались любых тортов вкуснее. Детство мое пришлось на тяжелые военные годы. Родилась в Нижнем Тагиле в 1937 году, в семье репрессированного, раскулаченного крестьянина Нила Дементьевича Василенко.

В 1930 году назвали нашу семью, имеющую 9 детей, 2 коровы, 20га земли и мелкую живность - кулаками, всё отобрали, а папу отправили в ссылку на Соловки. Отсидел он там 3 года, приехал в Нижний Тагил. Купили дом, а затем и семья переехала из Псковской области. Рождение моё было отмечено знаменательным событием, так как я была десятым ребёнком, то семье выдали 10 тысяч рублей. А маму наградили орденом "Мать героиня". На эти деньги родители купили 2 козы, 10 кур, часть денег отдали за дом. Но не долго продолжалась эта жизнь, началась война. Отца и старшего брата забрали на фронт. Осталась мама с детьми. Пришлось всё продать, чтобы выжить. Сестра Маша в госпитале работала медсестрой. Госпиталь располагался по проспекту Ленина, дом на этом месте перестроен и сейчас здесь расположен «Трест Тагилстрой». Она нас ребятишек, приводила к себе на работу. Всех вымоет, а потом и концерт посмотрим. Особенно запомнился концерт лилипутиков. До чего же они были красивы, изящны и талантливы. Иногда и мы выступали, стихи читали, песни пели, танцевали. Раненые давали нам хлебушка, иногда конфетку, в столовой что-либо дадут. Вот здесь, в госпитале, я узнала вкус конфет-подушечек. Нет ничего их лучше - возьмешь в рот, так варенье брызнет. Сколько искала после войны такие конфеты, так и не нашла. Да и не удивительно! Лепешки из гнилой картошки казались такими душистыми. А вот суп из крапивы и лебеды оскомину набил, летом только им спасались.

Все, что было добротно всё на рынке на хлеб, соль, сахарин выменивали. Ещё хорошо помню те Варфоломеевские ночи, когда взрослые закрывали на ночь двери, окна и говорили: сидите тихо! А то нас могут убить. Игрушки были — разбитая посуда, вот мы эти стёклышки собирали и играли ещё из глины делали посуду и кукол. Ребята были дружные. Ходили в кинотеатр Горького - что по проспекту Ленина. Ребятишек пускали на сеанс бесплатно, не ругали нас, что мы без билетов. Что нельзя сказать в наше мирное время! А разве забудешь пленных немцев, которые шли по проспекту Ленина, а мы, дети, «дети войны» собирались толпами, набирали камушков за пазухи, в карманы и кидали в них, кричали обидные слова. Дразнили и почему-то некоторые слова были на немецком языке, выучили несколько слов на немецком. Нам представлялось, что из-за них наши родители гибнут. Многие получали похоронки. Вот мы им и мстили. Однажды был такой случай. Я была одна дома, вдруг заходит немец, просит что-либо поесть, а что я могла дать, если мы сами голодные. Он что-то сказал, дал какую-то игрушку и ушёл. Это мне не забыть! Хотя в военные годы я пошла в школу. Была очень бледная и мне дополнительно давали кусочек сахара, помимо того, что каждому ребёнку давали: 1/2г кусочка хлеба, 1 кусочек сахара, 1 стакан чая. Тетрадей не было, писали на разлинованных газетах, химическими карандашами. Но учителя были добрые, ласковые. Если кто-то плакал, то они уговаривали и старались убедить, что всё будет хорошо.

Вот, наконец, День Победы. Все кричат, плачут, смеются, не знакомые люди обнимаются. Летом с фронта пришел братик Иван - весь в орденах и подарил мне настоящее, большое, красное, благоухающее яблоко.

Первое яблоко в моей жизни. И вот тогда я восьмилетняя окончательно поняла: "Победа!"


Возврат к списку